Семья в церковной ограде


Доклад на I Всероссийском съезде православных женщин


Здравствуйте, дорогие участницы!

Я отдаю себе отчет, что мое нижеследующее выступление следует адресовать скорее настоятелям храмов и членам приходских советов, но, поскольку мне предоставлена сегодня такая возможность, я, помня слова Святейшего Патриарха Кирилла, которыми он завершил свое обращение ко всем нам на пленарном заседании съезда, хотя бы дерзну озвучить некоторые проблемы, которые требуют общецерковного решения, и с которыми постоянно сталкиваются многие из нас, вынести эти вопросы на публичное обсуждение.

Прежде, чем я перейду к проблемной части моей речи, я бы хотела выразить благодарность всем тем женщинам, которые реально занимались и занимаются устроением церковного быта. Всем тем, кто внес свой вклад в строительство и восстановление храмов, в которые мы сейчас ходим. Подчас и им приходилось таскать доски и мешки с цементом, разбирать мусор, готовить еду рабочим-строителям. Я лично знала женщин, по много дней кормивших целые строительные бригады. Знала женщину, несшую сложнейшее послушание – она красила крыши, ремонтировала кровли храмов, и погибла во время одного из подъемов. Царствие ей Небесное.



С глубоким уважением я хочу вспомнить всех тех женщин, кто безропотно, с усердием и терпением хранил и сберегал для нас храмы, помогал гонимым священникам, смиренно отстаивал и сохранял саму православную веру. Эти женщины отдавали Церкви свои силы, посвящали ей всю свою жизнь.

Женщина по природе своей призвана жертвовать и отдавать. Именно отдавая себя, она реализует свое предназначение, обретает спокойствие и счастье. К сожалению, принимая эти дары, окружающий мир редко спрашивает женщину, а нужно ли что-то ей самой. Поэтому сегодня я буду говорить не о женском служении, не о делах милосердия – об этом достаточно будет сказано другими в их выступлениях, а о той поддержке, которая нужна женщине для того, чтобы растить детей и сохранять семью. Надо признать, что в современном мире вырастить детей и сохранить семью без поддержки со стороны общества и Церкви очень сложно, а порой и просто невозможно.

Всех нас к себе разными путями, подчас удивительными путями приводит к Себе Господь. Современная женщина приходит в Церковь по разным причинам: это может быть поиск духовного идеала, желание почувствовать в своей жизни действие доброй, высшей силы, превосходящей обычные людские возможности, желание прикоснуться к чуду. Но наиболее частая причина, по которой женщина впервые переступает порог храма – это житейская трагедия, нравственное крушение, понимание, что собственные усилия не дают результата. Итак, женщина приходит в Церковь и пытается делать в ней первые шаги. С чем же она сталкивается?

Женщина чаще всего выступает главным инициатором вхождения семьи в Церковь. В этом качестве именно она транслирует в семью церковные установления, требования, правила, служит посредником между своим мужем, детьми и Церковью. Женщина ищет в Церкви решение самых близких ее сердцу задач: чтобы муж и дети были здоровы нравственно и физически, чтобы семья сохранялась и крепла.

Поэтому так важно, чтобы пастырь, к которому обращается эта женщина, тоже помнил обо всем этом. Святейшим Патриархом Алексием II и Святейшим Патриархом Кириллом неоднократно подчеркивалось важность правильного пастырского окормления верующих. Настоящий пастырь и духовник не будет разрушать семью. Тем обиднее, когда непродуманные рекомендации духовника, направляющего свое чадо на путь строгого аскетизма, приводят семью на грань распада.

Главной темой раздора продолжает оставаться пост. В современное время в Православной Церкви наблюдается удивительное расхождение между декларируемым, диктуемым идеалом и реальной практикой. С одной стороны – церковные календари, скромно разрешающие верующим вкушать рыбу и масло в такой-то день, с другой – повторяющиеся перед началом каждого поста дискуссии в СМИ и вопрос о допустимости угощения «черепаховым супом», встретившийся мне на одном из известных православных сайтов – показывают, что в обществе произошел огромный разрыв между декларируемым идеалом и реальной практикой.

С одной стороны – рассказы о святых, питавшихся одним сухариком в день, с другой – наша повседневная жизнь в рамках мегаполиса. Русская Православная Церковь живет по монастырскому уставу, установленному несколько веков назад. Но большую часть верующих в Церкви составляют миряне, не принимавшие на себя монашеских обетов. Я осознаю, что мои слова вызовут бурю эмоций, поэтому только рада за тех, кто уже, по совету с духовником или собственному здравому рассуждению решил для себя вопрос поста.

Однако почему бы не выработать ряд рекомендаций для постящихся на общецерковном уровне? Ведь может же быть несколько степеней поста: для тех, кто может понести все тяготы и для тех, кто слишком слаб или болен. Для детей и беременных женщин, в конце концов. Это разделение уже давно существует, но действует негласно и несогласованно. Желательно, чтобы это было озвучено на самом высоком уровне, чтобы избежать в дальнейшем новых разномыслий и толкований.

Почему всеми вопросами послаблений во время поста должны заниматься пастыри на местах? Московские приходы и так перегружены, куда уж каждому прихожанину подходить к священнику и требовать особых рекомендаций. Но начинается пост – и кто в лес, кто по дрова. Уровень медицинских знаний нашего современника отличается от прошлых веков. Мы знаем, что детям для роста нужен протеин и кальций. По литературным источникам известно, что в учебных заведениях особо строго проходили далеко не все недели Великого поста. Почему бы не изучить и не перенять этот опыт?

Больными темами остаются вопросы супружеского воздержания в посту. Все это горячо и бесконечно обсуждается на уровне блогов и православных СМИ. Хочется только пожелать всем нам ограничить свой интерес к этим вопросам кругом своей собственной семьи и не давать оценки действиям других.

Не останавливаясь подробно на теме многодетности (для серьезного разговора требуется больше времени), упомяну только то, что мы не должны измерять количеством детей уровень нашего благочестия. В приходе стоит уважать все семьи – и многодетные, и малодетные, и даже, не побоюсь сказать, тех матерей одиночек, которые, может быть, не вписываются в образ счастливых православных жен, но тоже растят будущих православных прихожан. Семьи с одним, с двумя детьми также трудятся и также несут свой маленький подвиг. Сегодня у них один ребенок – но это только сегодня. Мы не знаем, что будет завтра, так зачем сегодня осуждать этих людей за то, что они «не дорожали»?

Дети в храме – еще одна нерешенная проблема. Снова и снова нужно говорить о нехватке в Москве храмов: на большие праздники в некоторых районах города в храм просто не войти. Да, мы научились с этим справляться: уезжаем за город, или едем в центр. Но сколько бы еще людей могло прийти на службу, будь наш приходской храм просторнее? Уверена – много.

С чем сталкивается семья с детьми, приходя в храм? Во-первых, с требованием соблюдать тишину. Сами знаете, как тяжело принудить к этому детей. Священник произносит проповедь – и все с укором оборачиваются на маму с кричащим младенцем, который, слава Богу, вообще до этого момента смог дотянуть.

Вопрос: каким образом организовать пребывание детей в храме? По опыту знаю, что дети отлично проводят время, рисуя на бумаге, предназначенной для записок. Отчего бы в храме заранее не выделить отдельный уголок для этого, и не гонять оттуда тихонько рисующих малышей?

Мне приходилось слышать, как священник прямо у Чаши отчитывал молодую мать с младенцем за то, что ребенок своим поведением «мешает молиться». Священник рекомендовал ей приходить к самому концу службы, к Причастию. Некоторые так и поступают. Но что делать женщине, у которой детей много? Когда, в конце концов, молиться ей самой? Старшие вполне могут стоять спокойно часть службы, а малышу просто нужно время, чтобы адаптироваться и привыкнуть вести себя в храме спокойнее. Повторюсь, рада за тех, для кого эта проблема не актуальна. И сочувствую родителям гиперактивных детей.

Многие матери, чувствуя негативное отношение к их детям в храме, предпочитают проводить время перед Причастием на улице, гуляют вокруг с колясками, не имея возможности попасть внутрь, слушают трансляцию богослужения (если таковая организована). Главное тут просто – не замерзнуть. Если же коляска остается на улице (в храм ее завезти никому не позволят), вопрос – как зимой согреть ее, прежде чем снова сажать туда ребенка? Как безбоязненно оставить коляску на улице?

Что делать кормящей матери? Пребывание на службе требует времени. Где здесь покормить и перепеленать малыша? Куда, простите, сводить в туалет ребенка? Для маленьких детей – это самая насущная необходимость. При этом следует констатировать крайне печальное санитарное состояние санузлов при некоторых храмах и монастырях. В том числе московских, имеющих все возможности это состояние улучшить.

Знаю, что на некоторых приходах эти вопросы уже решены, поэтому хочу поблагодарить всех тех настоятелей, которые поддерживают матерей материально, организуют охраняемые детские площадки при храмах, нормальные туалеты, воскресные школы, в которых, например, с детьми занимаются до Причастия. Приятно вспомнить храмы, в которых дарят подарки всем без исключения детям, пришедшим на праздничное богослужение на Рождество и Пасху.

В остальном же, вероятно, некоторые вопросы нам, прихожанкам, иногда стоит организованно решать самим: собирать средства на устройство при храме комнаты матери и ребенка, ходатайствовать перед настоятелем о необходимости улучшений некоторых условий быта прихода.

Закончить свое выступление я хотела бы словами Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла: «В любом нравственно здоровом обществе материнство окружено глубочайшим почтением, и если наше общество не научится глубоко чтить и поддерживать женщину-мать, у него не станет будущего». Организация нормальных условий пребывания семьи в церковной ограде и есть одна из форм такой поддержки. Спасибо

Хорошо сказано... У меня тоже часто борьба в душе: надо ведь вести Тарасика, чтобы привыкал, но так спокойно для меня проходит служба, когда он остается дома (в эти субботу-воскресенье было очень холодно, мы сами выходили из храма озябшие). Двое старших без проблем находятся на службе, конечно, им бывает скучно. А Тарасик, когда был поменьше, - засыпал под пение хора. Кстати, хочу отдать детей петь в церковном хоре, когда мутация пройдет. Помню, что стало намного легче ориентироваться в службе после того, как сама пела.
А еще у нас в церкви последняя служба - "детская". Когда только ввели такое новшество, несколько раз во время проповеди священик напомнил, что если какой-то бабушке не нравится детское поведение, то есть еще 3 службы пораньше. В остальном никаких отличий нет, только хор молодежный, очень красиво поет.