Лазарева Суббота



Архимандрит Тихон (Агриков)



Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

В тихой Вифании льются слезы. Дом, в котором так часто бывал Господь, погрузился в глубокую пе­чаль. Умер друг Христов — Лазарь. Умер, и уже четы­ре дня как погребен. А божественный Друг и Учи­тель, Который бы мог предотвратить горе или хотя бы смягчить его Своим благостным утешением, хо­дит где-то по палестинским дорогам и не спешит по­сетить убитых горем Марфу и Марию. А между тем в их доме собрались многие, чтобы разделить их скорбь и выразить сочувствие. Но вот вышла Марфа во двор. Оказалось, что пришел и Христос с ученика­ми. И Марфа, забыв все, спешит поделиться своей скорбью и высказать Ему затаенную надежду: «Госпо­ди! если бы Ты был здесь, не умер бы брат мой». И слезы льются из ее очей, с ней плачут многие при­шедшие, и Сам Господь, как видно, глубоко печален. «Где вы положили его?» — «Господи! пойди и посмот­ри», — отвечают Ему.

Но что это? Учитель плачет, стоя у гроба Лазаря. О чем, о ком эти божественные слезы? О чем Ты пла­чешь, Господи?.. Эти слезы из-за великой жалости Творца к Своему прекрасному творению — человеку. Он плачет о его падении, о его немощи, греховности, о его бесславной смерти. Эти слезы из-за глубочай­шей жалости к страшной участи падшего человека, отчужденного от Бога и обреченного на тление и веч­ные страдания. Господь плачет по причине неверия, ожесточения, неблагодарности людей, столь дорогих Ему. Он воскрешает мертвеца, а они спешат донести о том синедриону. Он воскрешает человека, а они ищут возможности умертвить Его Самого. Он готов отдать и отдает им все — даже жизни Своей не щадит, а они пребывают в упорном ожесточении, не хотят принять Его искупительной жертвы, хулят крест, покрывают ложью воскресение… Потому Он и плачет.

Предание говорит, что Спасителя никогда не виде­ли смеющимся или улыбающимся, а плакал Он о грешных людях часто — в уединении, в часы ночной молитвы к Отцу. Но на этот раз Он плачет при всех, не скрывая слез… Всего через несколько дней эти люди, свидетели дивного чуда, потребуют Его смер­ти, станут осыпать Его насмешками, произносить на 11его хулу… Слезы льются из очей Спасителя…

«Отнимите камень», — повелевает Он. Марфа возражает: «Господи! уже смердит; ибо четыре дня как он во гробе». Но Христос со властью повторяет: «Не сказал ли Я тебе, что, если будешь веровать, уви­дишь славу Божию? — и произносит торжественные слова: — Лазаре, гряди вон».

Мертвец обвязан пеленами, но пелены не удержат того, кого не удержали смерть и ад. Из могилы доносятся шорохи, вздохи… Идет мертвец, обвитый бе­лым саваном — пеленами…

«… Из мертвых воздвигл еси Лазаря, Христе Бо­же». Это ли не радость, огромная радость для всех нас. Над миром занимается тихая, благодатная заря всеобщего воскресения.

«Общее воскресение… уверяя, из мертвых воз­двигл еси Лазаря, Христе Боже…»

Общее воскресение! Воскреснут отцы, праотцы, все те, кого мы любили и кто уже ушел от нас в моги­лу. Воскреснем мы сами, очнемся от смертного сна, обратимся к новой жизни — беспечальной, беско­нечной. Радость! Кто же может ее вместить?

Преподобный Серафим Саровский всегда сиял лу­чами светлого воскресения. «Что ты, радость моя, унываешь, — говорил он дивеевской монахине, — ведь Христос воскрес, Христос воскрес и нас воскре­сит и приведет с Собою».

И я, дорогие мои, говорю вам: что приуныли, опус­тили долу очи, чего теряете надежду на спасение? Христос, Спаситель наш, воскресил Лазаря, воскре­сит Он и наши души и тела в день Судный. Нам грех унывать, дорогие мои. Как некогда «над другом прослезився, Марфины, щедре слезы утолил еси», так и доныне, на все времена «… страстию вольною отъял еси от лица людей Твоих всякую слезу».

Скорбей-то у нас много, и с каждым днем все боль­ше, а терпения нет и веры твердой нет, и мы едва дер­жимся, душой часто впадаем в уныние, в пагубное со­стояние безверия, безнадежия. Это все так, но не на­до унывать, родные мои, даже тогда, когда скорби со­всем угнетают, давят, мешают молиться, когда не видно никакого просвета. Знайте, что скорбями ис­пытывает нас Господь, что умножение искушений — знак обильной к нам любви Божией. Господь знает, что все это мы выдержим, вытерпим с верой в Него. Промысл Господень радуется нашему терпению и го­товит нам бесконечное утешение. Может быть, Он испытывает нас, как испытал Марфу и Марию, умед­лив прийти вовремя.

В тихой Вифании льются слезы… Разве не мог Он предотвратить их, исцелить Лазаря еще до смерти? Мог, но хотел преподать Своим друзьям урок терпе­ния, а затем одарить их неожиданной, нечаемой ра­достью. Сеющии слезами, радостию пожнут.

Дорогие братия и сестры, по милости Божией мы с вами прошли немалый путь — поприще Великого поста, и над нами уже загорается заря воскресения Христова. Мы счастливы, что дожили до сегодняш­него дня. И хочется верить, что наши постные тру­ды, наши пусть скудные, покаянные слезы Господь претворит в радость прощения, примирения с Со­бой. Заря воскресения озарит и нашу жизнь, часто скучную, печальную, темную. Так хочется надеять­ся, дорогие мои, что и слезы всей нашей жизни Гос­подь претворит в радость вечного спасения и бла­женства на небе вместе с теми праведниками, кото­рых видел Иоанн Богослов стоящими в сияющих одеждах пред престолом Божиим: «… отрет Бог вся­кую слезу с очей их…».

«Общее воскресение прежде Твоея страсти уверяя, из мертвых воздвигл еси Лазаря, Христе Боже. Темже и мы, яко отроцы, победы знамения носяще, Тебе, победителю смерти, вопием: осанна в вышних, бла­гословен грядый во имя Господне!». Аминь.