Таинство Елеосвящения (Соборование) »
Что такое Соборование? Богословские аспекты Таинства Елеосвящения.

Кому и зачем необходимо Таинство Елеосвящения? Беседа на радио "Град Петров" PDF Печать E-mail
Автор: ребро   
26.02.2009 20:02

Таинство Елеосвящения, или Соборования

«Елеосвящение – одно из семи Таинств, по учению Православной Церкви служащее духовным врачеванием для недугов телесных и духовных, а также дарующее больному исцеление тех грехов, в которых он не успел раскаяться. «Таинство св. елея» учреждено Иисусом Христом( Мф.10:1; Мк.6:13); о существование его в древней Церкви, кроме апостола Иакова свидетельствуют свв. Ириней Лионский, Ориген, Василий Великий и Иоанн Златоуст (ими составлены молитвы, читаемые при совершении Таинства). Церковь Католическая также признает это Таинство. По правилам Православной Церкви Елеосвящение может совершаться только над больным, не лишившимся еще сознания, после приготовления через покаяние; оно не может совершаться над младенцами, а также над здоровыми, которым грозит опасность (или необходимость) лишения жизни (смертная казнь). Таинство Елеосвящения может повторяться над одним и тем же лицом, но не во время одной и той же болезни. Веществом для Елеосвящения служит обыкновенное оливковое масло с присоединением к нему некоторого количества вина (согласно Лк. 10:34); совершать его положено собором семи священников (отчего Елеосвящение называется также соборованием), но в случае необходимости позволяется совершать его и одному священнику».
( Христианство. Энциклопедический словарь. Т.1, М.,1993)

 

 

Таинство Елеосвящения, или Соборования, по недавно сложившейся практике нашей Церкви, стало происходить Великим постом и практически во всех храмах оно носит массовый характер. В чем смысл этого Таинства?

 

Священник Даниил Ранне: О Таинстве Соборования, или как мы называем его Елеосвящения, мы узнаем из свидетельств апостола Иакова. Но в начале уместно рассказать, как возникла история употребления масла в помазании над больными людьми. Еще древний историк Филон указывает на то, что в античных странах, а также в странах Сирии, Вавилона, Индии и даже Скифии употреблялось масло в лечебных целях. Им мазались от различных болезней, от кожных заболеваний, при головных болях, и также мы видим, что не только античный мир, но и мир Ветхого Завета употреблял масло.

Пророк Исаия указывает на то, что масло использовалось среди иудеев, и Сам Спаситель говорит об этом в Евангельском повествовании. Вспомним притчу о самарянине. Там указывается, что когда разбойники изранили человека, "оставив его едва живым", то самарянин, пожалев этого человека и подойдя к нему, возлил на него масло. И возлияние этого масла как раз является главным свидетельством о том, что масло использовали в Ветхом Завете.

Дальше в Евангелии мы встречаем, рассказ о том как Христос посылает Своих учеников на проповедь, и те, проповедуя, также помазывают людей маслом, исцеляя их от различных болезней. Но самое главное для нас, как мы уже говорили, – это третье упоминание в Новом Завете в Послании апостола Иакова о том, как в древней Церкви уже в первом веке использовали масло. Апостол Иаков пишет об этом так: “Болен ли кто из вас, пусть призовет пресвитеров Церкви, и пусть помолятся над ним, помазав его елеем во имя Господне. И молитва веры исцелит болящего, и восставит его Господь; и если он сделал грехи, простятся ему ”(Иак. 5, 14 -15).

Иаков указывает нам на то, как приглашали священника домой, когда человек был болен и не мог прийти в церковь. Поэтому церковь приходила к нему в дом и священники (пресвитеры, как говорит нам Новый Завет) совершали над ним молитву и мазали его маслом. Мы видим из этого указание на индивидуальность чинопоследования над тяжелобольным христианином. Но в дальнейшем мы имеем некоторое прерывание понимания этого Таинства и на протяжении двух-трех веков имеем только некоторые отрывки, на которых хотелось бы остановиться подробнее.

Например, святой Ипполит Римский в Апостольских преданиях (приблизительно начало третьего века) говорит об освящении масла после Евхаристической молитвы, которое приносили сами верующие, а после того, как предстоятель освящал этот елей, они его забирали, сами помазывали себя и даже вкушали его.

Интересно, что об этом также упоминает и в Евхологии Серапион Тмуитский в четвертом веках, который называет это масло елеем больных. Симеон Столпник примерно в четвертом веке, по рассказу блаженного Феодорита, послал персидской царице благословенный елей, который исцелил ее и не только ее, потому что она также мазала многих людей, которые были рядом с ней, и этот елей также исцелял их. И вот в третьем-четвертом веке мы тем самым видим уже устоявшуюся традицию приносить елей в храм, где над этим елеем после анафоры читали молитву и раздавали его по домам.

Правда, здесь мы сталкиваемся с некоторой проблемой: елей использовали достаточно широко не только для помазывания болящих людей, но также затем, чтобы освятить какое-то место или какую-то вещь. И вот здесь ставится вопрос: какое же масло можно называть маслом Соборования? Мы видим, как многие святые, не будучи в сане, читали молитву над этим маслом, другие люди им мазались и через это помазание исцелялись. Здесь сложно определить, что является сакраментальным таинством. Рассматривая это Таинство на протяжении первого, второго, третьего века, мы видим лишь частные свидетельства, о которых можем рассуждать.

Само Таинство Соборования входит в перечень Таинств достаточно поздно. Так, например, Дионисий Ареопагит вместо Таинства Соборования указывает Таинство Погребения. Также в некоторых рукописях говорится о том, что в списке вместо Соборования стоят такие Таинства, как освящение алтаря или монашество. Но к XII веку, когда уже определился список семи Таинств, в него четко входит уже Таинство Соборования.

Если мы будем рассматривать с этого периода, то увидим интересную традицию совершения этого Таинства Константинопольской Церковью в XI веке. Оно свершалось следующим образом. Приглашали семь священников к человеку, который хотел собороваться, и у него дома совершали Божественную Литургию. Следовательно, это не был заурядный человек, это был состоятельный по тем временам человек, потому что не каждый мог себе позволить иметь домовый храм. При совершении Божественной Литургии священники мазали больного маслом, над которым читали молитву. Семь священников подходили к нему, и с молитвами семь раз помазывали, при том молитву они выбирали себе сами. Было около двадцати молитв, которые они использовали. После того, когда заканчивалась Литургия, служили еще молебен, на котором мазали всех присутствующих в этом доме людей этим маслом, мазали сам дом даже до хлева, и после этого читали Евангельское повествование о Закхее.

Здесь мы видим отражение нынешнего современного употребления масла и чтение Евангелия в освящении дома. И это Таинство совершалось не в один день, оно совершалось на протяжении семи дней, когда священники семь дней подряд приходили, совершали Божественные Литургии, мазали болящего, весь его дом и людей, находящихся в этом доме.

Но со временем, уже ближе к 13-14 веку, это Таинство сократилось, и его уже употребляли не семь дней подряд, а один день. Но сохранили число семь, потому что читали семь Евангелий, и было семь помазаний, и семь молитв, которые читали над больным человеком.

Как же это Таинство совершалось у нас в России? Мы можем отметить, что 163 правило Номоканона при Большом Требнике запрещает помазывать здоровых людей. Интересно, что об этом говорят дореволюционные грамоты, которые выдавались священникам. В них говорилось о том, что «священник да не дерзнет помазать здорового человека».

Но было исключение. Дело в том, что в Великий Четверг при кафедральных соборах архиереи совершали Таинство Соборования над здоровыми людьми. Оно происходило несколько иначе, чем мы его совершаем сейчас по современным Требникам, потому что архиерей помазывал только один раз, без молитвы Отче святый, а со словами «благословение Господа нашего Иисуса Христа на исцеление души и тела раба Божьего (имярек) и ныне и присно, и во веки веков. Аминь». Следовательно, мы видим, что это Таинство проходит в Великий Четверг в усеченном положении. Почему же в Великий Четверг совершение этого Таинства усечено?

Скорее всего, как предполагает протоиерей Михаил Булгаков в Настольной книге священнослужителя, это Таинство Соборования, совершавшееся в Великий Четверг, не нужно понимать как само Таинство. Это, скорее всего не Таинство, как он свидетельствует, а дань истории.

Дело в том, что если мы вернемся к первым векам христианства, то увидим, что маслом мазали людей, которые были отлучены от Церкви. Тот, кто тяжело согрешил, приходил в храм и перед людьми каялся. На него Церковь накладывала епитимью, и человек не мог приходить к Причастию может быть даже на протяжении каких то длинных лет. И когда человек проходил через епитимью, то он приходил в церковь для того, чтобы причаститься. И обычно это делали в Великий Четверг. Таких людей мазали маслом благословленным для того, чтобы утвердить перед всей Церковью, что этот человек вновь соединяется со Христом. Он сам приносил это масло, как некогда блудница кающаяся принесла масло, чтобы помазать ноги Спасителю. Освященным маслом человека мазали в знак свидетельства милости и благословения Господа, после этого он причащался.

В это же время крестили людей оглашенных, которые готовились к крещению достаточно длительное время. В этот день совершалось освещение елея для крещения. И вот Булгаков рассуждает, что, скорее всего, это Соборование над здоровыми людьми имеет исторически-символический смысл. Когда мы все приходим в церковь после большого покаяния для того, что бы прийти к Спасителю и принести ему плоды своего покаяния, как та блудница, которая пришла и помазала Его ноги. Так же и мы, как пишет Булгаков, в Великий Четверг при Архипастыре совершаем этот чин, и совершает его сам архиерей или митрополит.

Священник Евгений Горячев: Я тоже хотел бы начать с разговора о масле. Получается, что в этом Таинстве оно является, чуть ли не ключевым термином. Мне кажется, отличие православного восприятия материи скажем от язычески-магического в том, что материя чудотворит не сама по себе, а потому что с ней соединяется Дух Христов. Мы видим, что вода, в которую входит Господь на Иордане и которую вслед за этим событием освящает в день Богоявления Православная Церковь, становится другой. С одной стороны, видна способность материи быть освящающей и поэтому по разным поводам употребляемой христианами. Мы видим, что когда помазывают, скажем, хлев или дом, то это явное осмысление преображенной материи или материи преображающей другую материю в связи с Таинством освящения дома. То есть освящение – это призывание благодати на тот или иной род человеческой деятельности, на то или иное место.

Все эти многочисленные практики, которые назвал отец Даниил, соединяют в себе разные способы употребления этой освященной материи по разному же поводу. А нам необходимо все-таки вернуться к тексту, с которого мы начали, то есть к тексту апостола Иакова. И вот опять-таки возникает некоторая дилемма. В свое время Викентий Леринский, православный святой, говорил о том, что критерий истины заключается в том, что следует за тем, что всегда у всех и везде было. И если от этого критерия отталкиваться, то получается, что Соборование всегда было. Всегда, начиная со времен апостола Иакова, верующие прибегали к помощи Божией в исцелении своих недугов - через пресвитеров. И вот это один из тезисов, на котором я хотел бы настаивать. Пресвитеры преподавали исцеление через освященное масло.

Другой вопрос, как развивалось это Таинство, и имеет ли Церковь право проводить некий дошедший до нас тезис со времен апостольских через эволюцию? Наша современная практика говорит о том, что имеет. Почему? Потому что во времена апостола Иакова, конечно, никакого такого чина не было. И здесь мы несогласны с протестантами, которые, пытаясь вернуться в апостольский век, опираются только на те тезисы, которое донесло до нас Священное Писание. Все-таки у Церкви есть право догматического развития, и все наши Таинства указывают на то, что не ядро, а наслоения, формы на этом ядре проходили через определенную эволюцию.
И то, что современная практика Соборования очень отличается от того, о чем говорит апостол Иаков, мне кажется, само собой разумеется для православного человека. Вот только вопрос, до какой меры возможно, это развитие?
Как бы не эволюционировало это Таинство в истории, ключевыми остаются тезисы, высказанные апостолом Иаковом. А именно «болен ли кто из вас, пусть призовет пресвитеров Церкви». Очевидно, что речь идет о человеке, который сам не может прийти в церковь.

Во-вторых, Таинство совершается не другим христианином, молившимся над маслом, может быть и духоносным, а совершается через иерархию. К больному приходят священники. Священники совершают это Таинство через елей «и молитву сотворят, над ним помазав его елеем во имя Господне. И молитва веры спасет болящего».

Вот здесь я хотел бы настаивать на том, что речь идет не столько о молитве священника, хотя он тоже молится, и об этом Иаков говорит «молитвы сотворят над ним», но еще и об активном участии самого болящего, и «молитва веры спасет болящего». Потому что текст построен таким образом, что может казаться, что молится священник. Но я напоминаю, что «пресвитеры» употреблено во множественном числе, следовательно, активное участие самого больного необходимо.

«И молитва веры спасет болящего и воздвигнет его Господь, и если грехи сотворил, простятся ему». Вот это второй момент. Мне кажется, что речь здесь о том, что верующим через апостола Иакова Господь дает понять, что болезнь физическая связана с болезнью духа. И чтобы не было соблазна видеть в Соборовании некий аналог исповеди, который отпускает человеку грехи, апостол Иаков прибавляет: «исповедуйте друг другу прегрешения». Исповеди в нашем понимании еще нет, но чтобы не было желания прощать получение грехов через вот такое магическое действие елеосвящения, апостол Иаков напоминает эту необходимость личного покаяния. И вот эти тезисы, на мой взгляд, ключевые, несмотря на то, что чинопоследование очень изменилось.

 

Священник Александр Глебов: Что интересует тех людей, которые прибегают к Таинству Соборования? Наверное, возможность исцеления. Но далеко не всегда исцеление человека входит в Замысел Божий о человеке, о спасении человека. Дело в том, что иногда только то единственное, что нас ранит, только то единственное что нас уязвляет, что приносит нам страдания вместе с тем является тем единственным, что способно исцелить наше сердце, исцелить нашу духовную жизнь.

Болезнь, конечно, является следствием грехопадения человека, но не в частном смысле. Не следует выстраивать умозаключения такого рода, что всякий грех приносит физическую болезнь тому, кто грех совершает, и, следовательно, чем грешнее человек, тем больше он болеет. Такая логика противоречит действительности, поскольку последний негодяй может быть вполне здоровым человеком, а человек богобоязненный и благочестивый подвержен многим немощам и страданиям.

Мы болеем потому, что грех, совершенный еще Адамом, внес дисгармонию в человеческую природу, был нарушен Замысел Творца о человеке. И человек, созданный бессмертным и нетленным, после грехопадения утратил эти свойства, и в жизнь человека вошли болезни и смерть. Поэтому, хотя болезни происходят от разных причин, корень у них всегда один – это тленность человеческого естества после грехопадения.

Но болезнь, будучи сама по себе злом, может использоваться Господом в Его спасительных целях. Физической болезнью Господь помогает нам исцелиться от духовных ран, как мы видим это в Евангельских историях. Такие примеры не редкость. Болезнью, страданиями Господь как бы стимулирует то умонастроение и тот образ жизни, без которого спасение и вечная жизнь невозможна. В этом смысле мы можем говорить именно о спасительности страданий.

Далеко не всегда избавление от болезни является благом для человека, под благом я здесь подразумеваю спасение души в перспективе вечной жизни. Вот, кстати из Слова Божия нам известно, что апостол Павел страдал каким-то физическим недугом, он писал: “…дано мне жало в плоть, ангел сатаны, удручать меня, чтобы я не превозносился” (2 Кор. 12:7). Это, действительно, удивительное свидетельство. Апостол Павел, который исцелял многих (например, исцелил молодого человека, юношу, который выпал из окна и разбился насмерть), сам не мог исцелиться от своей собственной болезни. Он пишет, что трижды просил Господа об исцелении, но не получил просимого. Господь ему сказал: «Довольно тебе благодати Моей, сила Моя в немощи совершается» (2 Кор. 12:9). То есть это была болезнь ко спасению. Болезнь, страдания постоянно напоминали апостолу, что сам по себе он обыкновенный человек, страдающий человек, который ничего не может без помощи Божией. Через эту физическую немощь Господь явил колоссальную силу тем людям, которые внимали словам апостола и веровали в Господа Иисуса Христа, действующего в нем и действующего через него.

Теперь, что касается самого Таинства. Понятно, что, когда апостол Иаков говорит о помазании елеем во Имя Господня, речь идет не о помазании обычным елеем, которое практиковалось в древнем мире в лечебных целях. Здесь речь идет об особом Церковном Таинстве, так как целительное свойство здесь приписывается не елею, а молитве, вере. «И молитва веры спасет болящего». Почему собственно Таинство называется Соборованием? Это связано с тем, что совершают его семь священников. Семь - некое символическое число, означающее полноту, в данном случае полноту Церкви. Соборование – это своего рода исповедь, само чинопоследование, сам акцент молитв - это акцент о прощении человеческого греха.

Возникает невольный вопрос, а чем собственно Соборование отличается от исповеди? И вот, наверное, именно числом семь. Семь священнослужителей, семь пресвитеров как полнота Церкви. Они молятся над человеком в том случае, когда человек в силу каких либо причин уже сам не может исповедовать свой грех. То есть, если в обыкновенном Таинстве Исповеди основой положен диалог между священником и кающимся человеком, то здесь этого диалога быть не может. И Церковь молится и просит, чтобы Господь простил этого человека и принял его.

На мой взгляд, Соборование над здоровыми людьми совершать не правомочно.

 

Священник Александр Степанов: В Таинстве Покаяния присоединение человека к Церкви происходит сознательно, а при Соборовании это происходит по молитве, вере. Я хочу привести слова преподобного Амвросия Оптинского: «неизвестно, почему в России вкоренилось такое мнение, будто бы к Таинству Елеосвящения тогда только нужно прибегать, когда в человеке не остается надежды к продолжению жизни?». Уместно вспомнить, что раньше оно совершалось, когда человек уже явно был близок к смерти. Напротив, в Греции и здоровые люди принимают Таинство Елеосвящения в Великий Четверток по тамошнему обычаю, и делают это ради неизвестности смерти. Такой мотив приводит преподобный Амвросий. Да и вышесказанные слова апостола показывают совсем противные вкоренившемуся неправильному мнению в России, так как ясно в них говорится «и молитва веры спасет болящего и воздвигнет его Господь, и если он соделал грехи, простятся ему». Сила Таинства Елеосвящения состоит в том, что им прощаются в особенности грехи «забвенные по немощи человеческой, а по прощении грехов даруется, и здравие телесное аще воля Божья будет на сие. Будем молиться Господу, да исцелит он прежде души наши, а сим и дарует благолепное здравие, как будет угодно Его святой воле».

В России Соборования происходят Великим Постом по всем храмам. Это более очевидные масштабы, чем в Греции, где оно совершается только в Великий Четверг. Какой же в этом видится смысл? Что хотят люди, что Церковь предлагает в ответ на это пожелание?

 

Священник Даниил Ранне: Владыка Сурожский Антоний рассказывает в одной своей книге о том, как он видит Таинство Соборования, как человек должен к нему подходить. И там есть удивительный момент: он говорит, что когда тяжело больной человек, над которым совершилось Таинство Соборования, получил благодать, он должен находиться в таком внутреннем духовном состоянии, что уже ему будет и не важно, умрет ли он или будет жить. Потому что, когда благодать коснулась его души и дала ему веры, радости, и любви о Господе, уже не будет для человека вот это страдание таким тяжелым.

Таинство Соборования – это Таинство исключительно над больными людьми. Возьмем дореволюционную практику. Здесь все в один голос говорят, что Таинство Соборования совершается только над тяжелобольными, над теми людьми, к которым уже и врачи прибегали и лечили их и приложили все свои усилия, но уже этих усилий не хватает, чтобы человека восставить от одра болезни. И вот здесь человек приглашает Церковь к себе, чтобы прийти к последнему врачу - Самому Христу. И если даже не получить от Него исцеление, то получить от Него поддержку.

И здесь я хотел бы заметить, что Таинство Соборования, по моему разумению, совершаться должно только над теми людьми, которые сильно больны и их жизни есть угроза, угроза смерти. И вот чтобы человеку подойти либо к смерти, либо к жизни с помощью Божией, мы и приходим для того, чтобы человека соборовать, либо поддержать его через молитву, и чтобы его своей благодатью поддержал, либо исцелил Господь.

Священник Евгений Горячев: Где критерий тяжести болезни? Если человек регулярно ходит в храм, исповедуется, причащается, я, можно сказать, лучше его самого, с точки зрения догматической, ведаю, стоит ему собороваться или нет. Поэтому благословляю или нет.

Практически всех пришедших в мой храм я знаю. Это исключает возможность прихода людей, которые хотят использовать очередное церковное Таинство как магию, для того, чтобы удовлетворить какие-то свои религиозные, неправильно осмысляемые потребности.

Проповедь перед началом Соборования - это тоже способ донесения до людей церковного мнения по поводу этого Таинства. Мы просим у Бога исцеления в этом Таинстве, но если оно не придет, то только по двум причинам. Либо мы не участвовали в этом Таинстве, не молились, а, скажем, считали, сколько раз священнику еще помазывать, либо потому что мы Богу нужнее больные. Такое тоже бывает.

Значит ли, что Таинство должно употребляться над людьми, находящимися только в сознательном состоянии, потому что это подразумевает текст апостола Иакова? Нет, не убежден, но руководствоваться этим критерием нужно. Ко Христу приносят человека парализованного и верят в то, что Христос может его исцелить. Перенося это на нашу ситуацию, я мог бы сформулировать позицию так. Если я точно знаю, что этот человек церковный, он исповедовался, причащался, ходил в приход, но заболевание привело к тому, что он оказался в коматозном состоянии и не может больше активно принимать участие в Таинствах, я совершу Соборование над человеком, находящимся в бессознательном состоянии. Я считаю возможным Причастие Кровью именно такого человека, если он может совершать глотательные движения. Но только в случае, если этот человек церковный. А если он абсолютно чужд Церкви, то, даже если меня об этом просит его церковные родственники, все-таки я бы воздержался и ограничился молебном о здравии.

В каком случае еще можно воздержаться от Соборования? В западной традиции, которая была вплоть до Второго Ватиканского Собора, соборовали только перед смертью. Так и называлось: последнее помазание. Почему у них это называется последним помазанием? По одной причине: человек уходит в иной мир и надо, чтобы тот грех, который был на его душе, его оставил и он бы пришел к Богу с чистой совестью. Отсюда традиция помазания всех частей тела, которые грешат.

Рассмотрим случаи, когда многие прибегают к Таинству Соборования над человеком, который уже умирает. Его ничто уже не может поднять от одра болезни, кроме чуда. Сам человек уже пожилой и может быть, внутренне имеет желание прийти к Богу. Здесь, мне кажется, и не нужно совершать Таинство Соборования. Потому что оно говорит четко о том, что «восставит Господь человека от болезни», а у нас есть прекрасные молитвы, которые напутствуют человека к смерти. Во-первых, это исповедь, потом – Причастие, потом - Канон на разлучение души от тела. Это все то, что помогает человеку прийти в иной мир. А в противном случае получается, что Таинство Соборования, которое у нас есть в Требнике, противоречит логике. Мы просим – «восставь» чтобы человек выздоровел, а сам человек этого не желает. Он, наоборот, желает отойти ко Господу.

 

Священник Александр Степанов: Здесь встает вопрос и о негативных сторонах, которые могут быть также явлены. Мы видим, что часто в храм приходят люди малоцерковные или вовсе нецерковные, мы видим, что люди часто вкладывают в это Таинство смысл, далекий от тех смыслов, о которых мы сегодня говорили.

 

Священник Александр Глебов: Да, действительно, много случайных людей приходят на Таинство Соборования. Святейший Патриарх Алексий сказал следующее: «в течение не только Великого, но и всех остальных постов устраиваются еженедельные общие Соборования. Продиктовано это чаще всего отнюдь не духовными потребностями прихожан, а жаждой получения дополнительных доходов, чтобы было больше народу, соборуют не только больных, что предусмотрено чинопоследованием при Таинстве Елеосвящения, а всех подряд, в том числе и маленьких детей».

Поэтому я хочу предупредить, что если батюшка в вашем приходе начнет говорить, что в посту надо всем непременно собороваться и желательно каждую неделю и несколько раз, и желательно всей семьей, то не спешите выполнять услышанное. Нужно вспомнить предостережение нашего Патриарха о том, что цели подобных призывов всегда очень далеки от содержания самого Таинства. Здоровые люди, а тем более дети, собороваться не должны. Потому что весь чин Таинства Соборования ориентирован на человеческий недуг, на человеческую немощь и болезнь, и если у человека нет такой болезни, то совершение Таинства Соборования неправомерно. Если человек здоров, то он должен прийти и на исповедь, а после исповеди причаститься Святых Христовых Таинств, в которых мы получаем, и прощение грехов, и исцеление души и тела, и становимся наследниками вечной жизни с Богом. Вот это позиция и Святейшего Патриарха и нашего священноначалия и многих из моих собратьев по алтарю Господнему. Я хочу, чтобы это позиция была донесена до наших прихожан и Соборование все-таки было осмысленным, потому что это церковное Таинство, а не магическое действие.

 

Священник Евгений Горячев: Я еще хотел бы затронуть вопрос о злоупотреблениях в связи с темой прощения забытых грехов. Я убежден, что это богословская спекуляция. Получается, что человек участвует в Соборовании для того, чтобы простились забытые грехи. Следующий тезис вообще кощунственный и не имеет ничего общего с Евангелием. Грехи, которые стыдно высказать, оказывается, прощаются. Многие идут на Соборование с тем, чтобы именно в этих грехах получить прощение. На мой взгляд, это ошибка, потому что действительно грехи бывают вольные и невольные, от юности, от зрелости, и так далее. Перечень грехов огромный. В конце концов, вся жизнь человека грех. Дьявол не привязывается к тому, чего у человека нет, а привязывается всегда к естественным потребностям нашим. И здесь первородный грех с его последствиями, грехи как проступки все объединяются в один клубок, который вяжет человека по рукам и ногам. Но если я свой грех осознаю, на какой бы стадии своего духовного развития я не был, я обязан его высказать. Если я что-то забыл, не стоит мне переживать на это счет. Если Богу будет угодно, он напомнит мне об этом грехе.

Поэтому человеку в здравом уме и трезвой памяти прибегать к этому Таинству для того, чтобы грехи, которые он не помнит, снялись бы, очень неправомочно.

 

Священник Александр Степанов: Последний вопрос практический. Что делать с освящённым маслом, которое осталось от Соборования? Чинопоследованием никак не предусмотрено дальнейшее использование этих так сказать вещественных материалов.

 

Священник Даниил Ранне: Есть несколько традиций, которые мне известны. Одна традиция идет из 3-4 века. Отдавать это масло, чтобы люди мазали сами себя, когда они заболевают. И вторая традиция - класть масло в гроб человека. Скорее всего, это западная традиция, потому что она связана с последним помазанием.

 

Священник Евгений Горячев: Масло после Соборования - это освященная материя, которая качественно отличается от всякой другой. От другого масла, другой воды, другого риса, Материя, с которой Дух Святой соединился через молитву собравшихся, не только духовенства, но и всех, кто участвовал в этом Таинстве.

Этим маслом можно мазать больные места и употреблять его в пищу. Следующий важный момент. Имеет ли право человек, участвовавший в Соборовании, отдавать масло, принесенное из церкви, человеку, который в этом Таинстве не участвовал, но который просит его об этом? Для меня это и по сей день вопрос открытый. Потому что поделиться святой водой с кем-то, придя из церкви 19 января, это одно, а другое - поделиться маслом, которое дано именно тебе, поскольку ты назвал себя больным, ты участвовал в этом Таинстве, ты молился. Отдавать человеку, который не молился? Конечно, сила веры велика, но я все-таки предпочитаю говорить прихожанам, что это именно ваше масло, подразумевая отсечение от употребления этих материй теми людьми, которые не хотят духовно трудиться.

 

Священник Даниил Ранне: Сколько раз возможно собороваться? В Требнике Петра Могилы есть ответ. Он говорит, что на протяжении одной болезни мы соборуемся один раз. Если болезнь хроническая и человек не получает на Соборовании исцеление, то в следующем году с этой болезнью он собороваться не может.

И еще вот что важно помнить. Соборование может происходить не только в Великий Пост. Оно связано не с Постом как таковым, оно связано с человеческой болезнью.

 
Таинство Елеосвящения: Богословские аспекты архиепископ.Димитрий PDF Печать E-mail
Автор: ребро   
26.02.2009 19:56

Таинство Елеосвящения: Богословские аспекты*

выскопреосвященный ДИМИТРИЙ, архиепископ

Тобольский и Тюменский

 

Определения и предварительные замечания

 

Согласно классическим догматическим определениям, «Елеосвящение есть таинство, в котором при помазании тела елеем призывается на больного благодать Божия, исцеляющая немощи душевные и телесные»1; «Таинство Покаяния, как благодатное врачевство, предназначено для всех христиан, но только для исцеления одних болезней их духовных. Таинство Елеосвящения есть другое спасительное врачевство, предназначенное для христиан, больных по своему телу, и имеющее целью врачевать не одни болезни их духовные, но и телесные»2.

Еще одно определение дает блж. Симеон Солунский 3 († 1421): «Елей есть елей святой по силе священнодействия, и исполнен божественной силы, и вместе с тем, как умащает чувственно, он просвещает и освящает и души, укрепляет силы, как телесные, так и духовные, исцеляет раны, уничтожает болезни, очищает от нечистоты греховной и имеет силу подавать нам милость Божию и умилостивлять Его»4.

Из этих определений следует, что содержание таинства Елеосвящения имеет несколько аспектов. С одной стороны, Елеосвящение — таинство, «имеющее целью врачевать болезни… телесные». С другой стороны, оно «очищает от нечистоты греховной» и поэтому может рассматриваться как дополнение или альтернатива таинству Покаяния. Таинство Елеосвящения «укрепляет силы, как телесные, так и духовные». Наконец, оно подает принимающим его милость Божию. Рассмотрим эти аспекты подробнее.

 

Елей и врачевание

 

Как хорошо известно, елей в древности был не только одним из основных продуктов питания, но и широко распространенным медицинским и косметическим средством. Так, само греческое слово «елей», по данным корпуса классических греческих текстов (TLG), встречается в сочинениях медиков — Гиппократа, Аэция и Галена — намного чаще, чем у всех остальных античных авторов.

В Ветхом Завете елей упоминается многократно; в Септуагинте слово употребляется для перевода еврейских слов шемен и, значительно реже, ицхар; первое из этих двух слов обозначает именно оливковое масло. Оно, наряду с хлебом и вином было важнейшим продуктом питания (см.: 3 Цар 17. 12-16; Втор 7. 13; 11. 14; 12. 17; 14. 23; 18. 4; 28. 51; 2 Пар 31. 5; 32. 28 и др.), использовалось в качестве косметического средства (2 Цар 14. 2; Пс 103. 15; Притч 27. 9). Символически помазание елеем служило выражением радости (Пс 44. 8; Ис 61. 3). С радостью связывалось не только помазание елеем, но и сам елей как таковой — в том числе, и потому, что оливковые деревья начинали плодоносить далеко не сразу после посадки. Елей использовался в лампадах (Исх 25. 6; 27. 20; Лев 24. 2) и при целом ряде священнодействий — при помазании царей и священников, жертвенников, принадлежностей скинии и Храма (вероятно, этот елей помазания смешивался с различными ароматическими добавками), а также входил в состав некоторых видов ветхозаветных жертв. Наконец, елей употреблялся и при лечении болезней, особенно язв и ран (Ис 1. 6).

Целебное значение елея в полной мере сохранялось в новозаветную эпоху. Филон Александрийский писал: «Что можно бы искать для натираний лучше плода, выжимаемого из маслины? Ибо он смягчает и утомление тела и содействует здоровью, и, если окажется какая-нибудь язва, он полностью затягивает и сообщает более всякого другого плода силу и бодрость»4. Именно елей, а также вино, описаны как врачебное средство в притче Господа нашего Иисуса Христа о милосердном самарянине: «Некоторый человек шел из Иерусалима в Иерихон и попался разбойникам, которые сняли с него одежду, изранили его и ушли, оставив его едва живым … Самарянин же некто, проезжая, нашел на него и, увидев его, сжалился и, подойдя, перевязал ему раны, возливая масло и вино» (Лк 10. 30, 33–34a).

Итак, с внешней стороны таинство Елеосвящения тесно связано с древней средиземноморской практикой врачевания ран и болезней при помощи помазания елеем. Но церковное таинство к этой практике отнюдь не сводится. Согласно Евангелию, апостолы, по повелению Христову, «многих больных мазали маслом и исцеляли» (Мк 6. 13). Очевидно, что эти исцеления совершались не просто благодаря медицинским свойствам елея, но благодатью Божией, так как апостолы исцеляли силой и властью полученной от Христа. Исцеляя при помощи елея, апостолы совершали действие Богоучрежденное, так как поступали, следуя «строгому смыслу данной им Христом заповеди»5.

 

Новозаветные свидетельства о таинстве Елеосвящения

 

Об исцелении через Елеосвящение пишет апостол Иаков, брат Господень: «Болен ли кто из вас, пусть призовет пресвитеров Церкви, и пусть помолятся над ним, помазав его елеем во имя Господне. И молитва веры исцелит болящего, и восставит его Господь; и если он соделал грехи, простятся ему» (Иак 5. 14–15). Эти слова апостола являются ключевыми для богословия таинства Елеосвящения и примечательно, что в традиции Церкви они рассматриваются вместе с процитированным выше свидетельством Евангелия от Марка об исцелениях, совершавшихся апостолами через помазание елеем по повелению Самого Господа. Так, блж. Феофилакт пишет: «Что апостолы мазали маслом, говорит один Марк и еще Иаков брат Божий в своем Соборном послании»6.

И из этих слов, и из их сопоставления с Евангельским свидетельством можно сделать вывод о том, что Елеосвящение, согласно церковной традиции, установлено Самим Господом: 1) назвав себя в начале послания «рабом Бога и Господа Иисуса Христа» (Иак 1. 1), апостол, как слуга и провозвестник Его воли, и наставления дает не от себя, но от имени Христова7; предписание совершать елеопомазание дано апостолом с такой уверенностью, что в них можно видеть не просто совет, но заповедь, необходимую для исполнения в Церкви Христовой для всех мест и времен8. Наконец, эта заповедь представляется уже известной в Церкви, так как апостол полагает, что пресвитеры обязательно придут к больным и совершат известное им священнодействие9.

Но главное в словах апостола Иакова даже не это, а то, что болящего в таинстве исцеляет вовсе не елей, а молитва веры, и восставляет больного Господь. В этом существенное отличие и новизна новозаветного елеопомазания от ветхозаветного и античного. Елей здесь употребляется не как простое медицинское средство, но как проводник высшей врачующей силы — Божественной благодати, которая производит желаемое действие. В отличие от медиков, которые рассчитывали на врачебные свойства елея, и иудеев, которые, даже и соединяя помазание с молитвой, могли лишь надеяться на помощь Божию, пресвитеры Церкви Христовой, как имеющие власть совершать таинства, являются уверенными совершителями Богоустановленного действия, которое обязательно проявит свою силу10. Елей в христианском употреблении становится уже не самостоятельным медикаментом, имеющим силу только в определенных болезнях, но средством выражения веры и молитвы. Природные целебные свойства самого вещества елея отходят на второй план.

Здесь необходимо особо сказать о действенности таинства, так как не всегда можно видеть, что больной, приступивший к Елеосвящению, получает желаемое выздоровление. Этому можно дать несколько объяснений. Во-первых, здоровье является временным благом для человека, так как тленность самой человеческой природы предполагает неизбежность физической смерти. Всегда желать исцеления от болезней значило бы требовать себе возможность никогда не умирать. Такое желание является «противным самому плану нашего восстановления, по которому нам необходимо сложить с себя это греховное, мертвенное тело, чтобы… облещися в бессмертное»11. Во-вторых, если действие таинства и не сказывается в полном выздоровлении, оно может облегчить страдания больного на время: «По крайней мере, на некоторое время больной как бы поднимается с постели и исцеляется»12. Отсутствие исцеления может быть также следствием недостаточной веры приступающего к таинству, или, напротив, особым действием промысла Божия о нем. Известны случаи, когда после Елеосвящения люди, находившиеся в мучительной и долгой болезни, избавлялись от своих страданий через тихую и светлую кончину, дарованную, несомненно, по действию таинства.

Но наиболее точным объяснением будет то, что телесное исцеление не является основным или важнейшим действием таинства Елеосвящения. Благодатное действие таинства Елеосвящения сказывается и на нравственном состоянии души человека: «И если он соделал грехи, простятся ему». По мысли апостола, лежащий на одре болезни нуждается не только в физическом исцелении, но и в прощении грехов — болезнь и грех связаны между собой. Об этой связи сам апостол Иаков пишет в начале своего послания: «Сделанный грех рождает смерть» (Иак 1. 15). Как смерть и тленность человеческой природы есть следствие грехопадения, так и личные грехи человека могут быть причиной усугубления болезни. Поэтому аспект таинства Елеосвящения как таинства прощения грехов имеет очень большое значение.

 

Покаяние и Елеосвящение. Общее Елеосвящение

 

Прощение грехов в таинстве Елеосвящения ставит его в связь с таинством Покаяния. Однако Елеосвящение не упраздняет Покаяния, а лишь восполняет его для тяжелобольных. Согласно церковной традиции, Елеосвящение предпочтительно совершать вместе с исповедью. Необходимость совершения елеопомазания над больными с целью отпущения грехов объясняется тем, что тяжесть болезни может оказаться препятствием для принесения достойного покаяния. Лежащий на одре болезни и изнемогающий душою и телом, по немощи может не вполне исповедать свои грехи или «вовсе не исповедать по забвению»13. В некоторых случаях преподание больному таинства Покаяния может оказаться и вовсе невозможным, и тогда Елеосвящение останется единственным средством разрешения его от грехов. Митр. Макарий (Булгаков) указывает также, что «некоторые, особенно тяжкие, грехи и после исповеди могут сильно беспокоить совесть болящего»14.

Но если прощение грехов также составляет содержание таинства Елеосвящения, то позволительно ли прибегнуть к нему также и тем, кто не является тяжелобольным? Церковное предание свидетельствует в пользу подобной практики, хотя и с оговорками15. По причине благодатного действия таинства не на тело лишь, но и на душу человека, отцы Церкви находили возможным совершать его не только над страждущими телесными недугами. По свидетельству отцов и учителей Церкви, уже с первых веков христианства это таинство совершалось над кающимися и было средством присоединения к Церкви тех, кто отпал от нее по причине тяжести своих грехов16.

Блж. Симеон Солунский писал о связи Покаяния и Елеосвящения: «Согрешив, мы приходим к божественным мужам и, принося покаяние, совершаем исповедь прегрешений; по повелению их мы приносим Богу елей в знамение Его милосердия и сострадания, в которых сияет божественный и тихий свет благодати… Когда же и молитва исполняется, и елей освящается, помазуемые елеем получают отпущение грехов»17. В другом месте блж. Симеон засвидетельствовал, что таинство Елеосвящения может быть совершено «для всякого верного, хотящего приступить к страшным Таинам, особенно для всякого, впавшего в грехи и исполнившего правило покаяния, готовящегося к Приобщению и получившего прощение от [духовного] отца; через этот священный обряд и помазание святым Елеем оставляются грехи, как пишет брат Господень; этому содействуют и молитвы иереев»18. Таким образом, к Елеосвящению приступали, в том числе, и как к средству подготовить себя к более достойному Причащению Святых Христовых Таин. Вполне понятно, что, руководствуясь таким мотивом, к Соборованию могли прибегать все христиане19. И поскольку временем присоединения кающихся к Церкви была в древности по преимуществу Страстная седмица, а в последующие века и вплоть до наших дней покаянный настрой и стремление приобщиться Святых Таин неизменно сопровождают великопостный подвиг христиан, время Страстной седмицы и стало наиболее благоприятным для совершения так называемого общего Елеосвящения.

В России практика совершения «общего маслоосвящения» в соборах и монастырях в день Великого четверга укоренилась не позднее, чем в XVI веке. В XVIII–XIX вв. эта практика сделалась редкостью, но, все же, вплоть до революции сохранялась в некоторых важнейших соборах. К концу XX в. общее Елеосвящение вновь стало очень распространено в российских храмах — но, в отличие от старой русской практики, сейчас оно уже совершается, во-первых, не только в Великий четверг20; во-вторых, чин общего Елеосвящения в наши дни не отличается от чина, изложенного в Требнике и предназначенного для совершения над одним больным. Здесь необходимо отметить, что общее Елеосвящение имело то отличие, что помазание в нем совершалось однократно: священнослужители сначала прочитывали весь чин целиком до момента возложения Евангелия, после чего молящиеся поочередно подходили к епископу или старшему священнику, который помазывал их со словами: «Благословение Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа во исцеление души и тела рабу Божию имярек всегда, ныне, и присно и во веки веков, аминь»; после этого над головой предстоятеля разгибалось Евангелие и читалась соответствующая молитва, чин заканчивался обычными ектенией, стихирами и отпустом21. В современной греческой практике сохраняется именно такой чин общего Елеосвящения, и совершается он в монастырях только в Великий четверг и навечерие Рождества Христова, но не в другие дни. Поэтому можно было бы поставить вопрос о возрождении старой практики совершения общего Елеосвящения.

 

Содержание таинства Елеосвящения

 

Но хотя таинство Елеосвящения, и является средством освящения и сообщения верующим благодати Божией, доступным всем христианам, все же оно, по слову апостола Иакова, предназначено, главным образом, для больных. Можно сказать, что совершение таинства Елеосвящения тесно связано с заповедью Христовой о посещении больных (Мф 25. 36). Болящий человек в наибольшей степени нуждается в поддержке и утешении. Физическая немощь часто делает человека, особенно в современном обществе, крайне одиноким, Соборование же призвано напомнить человеку, что он не одинок, что вся Церковь молится вместе с ним о его исцелении, что Бог не оставил болящего. Поэтому духовное утешение и укрепление в болезни — непреложное следствие совершения таинства, тогда как телесное исцеление может совершиться, а может и не произойти — это зависит от веры человека и бывает по промыслу Божию22.

Истинное исцеление человека состоит в добровольном принятии страданий, в том, чтобы увидеть в своих страданиях средство соединения со Христом. Ап. Павел пишет: «Мы — дети Божии… сонаследники Христу, если только с Ним страдаем, чтобы с Ним и прославиться» (Рим 8. 16–17); «если терпим, то с Ним и царствовать будем» (2 Тим 2. 12); «ибо кратковременное легкое страдание… производит в безмерном преизбытке вечную славу» (2 Кор 4. 17–18).

Исцеление — неотъемлемая часть христианского благовествования. Сам Господь указывает в Евангелии, что исцеления, совершаемые Церковью, будут служить знамениями веры: «Уверовавших будут сопровождать сии знамения: именем Моим будут изгонять бесов… возложат руки на больных, и они будут здоровы» (Мк 16. 17–18). Но ис-целение состоит не только и не столько во врачевании телесных недугов, сколько в обретении искаженной грехом целости — то есть, в спасении. Поэтому Елеосвящение есть спасительный знак милости Божией — недаром и у многих древних отцов Церкви, и у богословов Нового времени подчеркивается сходство звучания греческих слов — масло и — милость23. И если в Ветхом Завете елей был не только продуктом питания и целебным средством, но и знаком благословения Божия (Пс 51. 10; 127. 3), дарованного ветхому Израилю (Иер 11. 16; Иоил 2. 19, 24; Ос 14. 6; Авв 3. 17), милости Божией (4 Цар 4. 1–7; Пс 62. 4, 6) и радости о Боге (Пс 44.8), то новозаветное таинство Елеосвящения становится действительным благодатным даром, подающим принимающему его с верой и молитвой милость Божию; восстанавливающим целостность его тела и, главное, души и через это приобщающим его ко спасению во Христе24.

 

 

Примечание

 

* Доклад подготовлен Тобольской Духовной семинарией совместно с Синодальной Богословской комиссией.^

1 Пространный христианский Катихизис Православной кафолической восточной Церкви / [Сост. свт. Филарет (Дроздов)]. М., 2006. С. 84. Почти слово в слово это определение повторяется и в классической греческой догматике Хрuстоса Андруцаса: AvSpovraag Хр., 19562.401.^

2 Макарий (Булгаков), митр. Православно-догматическое богословие. М., 1999р. Т. 2. С. 355.^

3 блж. Симеон Солунский. Разговор о св. священнодействиях и таинствах церковных 256 // Сочинения блж. Симеона, архиеп. Фессалоникийского. М., 1994р. С. 378.^

4 Цит.по: Венедикт (Алентов), иером. К истории православного богослужения: Историко-литургическое и археологическое исследование о чине таинства Елеосвящения. К., 20042. С. 9–10.^

5 Сильвестр (Малеванский), еп. Опыт православного догматического богословия. К., 18923. Т. 4. С. 50.^

6 блж. Феофилакт Болгарский. Указ. соч. С. 49–50. Дореволюционные авторы в связи с этой мыслью обычно также цитируют слова, приписываемые Виктору, пресвитеру Антиохийского: «О чем говорится здесь [в Евангелии], не разнится от того, что говорит ап. Иаков в своем каноническом послании», но как показали новейшие исследования, ни авторство, ни точная датировка этих слов неизвестны ^.

7 См.: Сильвестр (Малеванский), еп. Указ. соч. Т. 4. С. 51.^

8 См.: Филарет (Гумилевский), архиеп. Православное догматическое богословие. Чернигов, 18652. Т. 2. C. 311.^

9 См.: Сильвестр (Малеванский), еп.. Указ. соч. Т. 4. С. 52.^

10 Георгий (Ярошевский), иером. Соборное послание св. апостола Иакова: опыт исагогико-экзегетического исследования. К., 1901. С. 289.^

11 Макарий (Булгаков), митр. Православно-догматическое богословие. СПб., 1857; М., 1999р. Т. 2. С. 473.^

12 Георгий (Ярошевский), иером. Указ. соч. С. 292.^

13 Макарий (Булгаков), митр. Указ. соч. Т. 2. С. 473.^

14 Там же.^

15 Здесь можно отметить, что архиепископ Филарет (Гумилевский), митрополит Макарий (Булгаков), иеромонах Георгий (Ярошевский), епископ Иларион (Алфеев) считают неверным совершение таинства Елеосвящения над физически здоровыми людьми. Так архиеп. Филарет указывает, что таинство не совершается над

1) неверующими;

2) здоровыми;

3) младенцами;

4) нераскаянными грешниками. Митроп. Макарий пишет, что оно «предназначено для христиан только

больных, и больных тяжело…» (Указ. соч. Т. 2. С. 471). Тем не менее, общая практика в некоторых случаях допускает совершение таинства над ними — тем более, что в порожденных техногенной цивилизацией современных условиях жизни редкий человек может назвать себя полностью здоровым.^

16 Так, свт. Иоанн Златоуст, сравнивая родителей по плоти и священников, писал: «Одни (родители) рождают для этой жизни, другие для той. Те не в силах защитить их (своих детей) и от телесной смерти, даже не всегда могут изгнать из их тела вторгшуюся болезнь; эти, напротив, часто спасали больную душу, долженствовавшую погибнуть, или подвергая ее кроткому наказанию, или удерживая в самом начале от падения не только учением и наставлением, но и помощью молитв. Ибо они не только возрождают нас, но имеют силу прощать грехи, сделанные по возрождении. Ибо сказано: “Болен ли кто из вас…”» (свт. Иоанн Златоуст. Творения. М., 1991р. Т. 1. Кн. 1. С. 427). ^

17 блж. Симеон Солунский. Указ. соч. 24. С. 43.^

18 блж. Симеон Солунский. Ответы Гавриилу Пентапольскому 72 // PG. 155. Col. 932. Рус. пер.: Венедикт (Алентов), иером. Указ. соч. С. 71. ^

19 Здесь можно также отметить, что в рукописях византийского Евхология встречается предписание о том, что призванные в дом пресвитеры наряду с больным помазывали и всех присутствующих, а древние славянские рукописи Требника также указывают помазывать «всех требующих благословения сего» (см.: Венедикт (Алентов), иером. Указ. соч. С. 74).^

20 Хотя в тех храмах, где старая традиция соблюдается более строго, все же сохраняется связь общего Елеосвящения с Великим четвергом — так, в Покровском храме МДА общее Елеосвящение бывает после утрени Великого четверга вечером в Великую среду.^

21 Подобные отличия чина и допущение к участию в нем здоровых людей даже позволили некоторым богословам и исследователям прошлого — Я. Гоару, прот. М. Архангельскому, С. В. Булгакову — отказывать общему Елеосвящению в праве называться таинством, в отличие от Елеосвящения над болящим.^

22 См.: Филарет (Гумилевский), архиеп. Указ. соч. Т. 2. С. 318.^

23 Здесь можно было бы поставить вопрос о том, что, поскольку символический аспект елея имеет очень большое значение, Елеосвящение должно совершаться с обязательным использованием оливкового масла — как и Евхаристия совершается только на виноградном вине. В свое время прот. М. Архангельский писал: «Заменять оливковый елей другим маслом ни в каком случае не дoлжно… Священнодействие над всяким другим маслом, помимо оливкового, будет, по существу, неправильным и больному не принесет пользы» (О тайне св. Елея. М., 20012. С. 149). И если замена виноградного вина в Евхаристии на какое-либо другое может быть допустима только в самых крайних случаях (см.: Ткаченко А. А. Вещества таинств // Православная энциклопедия. М., 2004. Т. 8. С. 98–100), то и оливковое масло при Соборовании должно хотя бы в каком-то количестве добавляться в масло для освящения.^

24 Для чего, конечно, требуется и дальнейшее участие в жизни Церкви после принятия Елеосвящения — в первую очередь, это относится к участию в Евхаристии, поэтому связь между таинствами Елеосвящения и Евхаристии является важным предметом для дальнейшего богословского изучения. ^

 

 

 

V Международная богословская конференция

Русской Православной Церкви

«ПРАВОСЛАВНОЕ УЧЕНИЕ О ЦЕРКОВНЫХ ТАИНСТВАХ»

Москва, 13–16 ноября 2007

Обновлено 26.02.2009 20:01
 
Таинство Елеосвящения (Соборование) еп. Иларион PDF Печать E-mail
Автор: ребро   
26.02.2009 19:52

Таинство веры. Введение в православное догматическое богословие

Игумен Иларион (Алфеев)

Елеосвящение

 

Человек был создан с легким, чистым, нетленным и бессмертным телом. После грехопадения оно утратило эти свойства, стало материальным, тленным и смертным. Человек "облекся в кожаные ризы - тяжелую плоть, и стал трупоносцем", как говорит святитель Григорий Богослов.[1] В жизнь человека вошли болезни. По учению Церкви, причины всех болезней коренятся в общей греховности человека: грех вошел в его естество, как некий диавольский яд, осквернивший и отравивший его. И если смерть является следствием греха ("сделанный грех рождает смерть"; Иак. 1:15), то болезнь находится между грехом, за которым она следует, и смертью, которой предшествует. Хотя все болезни происходят от разных причин, общий корень у них один - тленность человеческого естества после грехопадения. Как говорит преподобный Симеон Новый Богослов, "врачи, которые лечат тела людей... никак не могут вылечить основную природную болезнь тела, то есть тление; они стараются разными способами вернуть телу... здоровье, а оно снова впадает в другую болезнь".[2] Поэтому человеческому естеству необходим, по мысли преподобного Симеона, истинный врач, способный исцелить его от тления: таким врачом является Христос.

  В течение Своей земной жизни Христос совершил множество исцелений. Часто Он спрашивал обращавшихся к Нему за помощью: "Веруете ли, что Я могу это сделать?" (Мф. 9:28). Исцеляя тело от болезни, Он исцелял и душу от самого страшного недуга - неверия. Христос указывал на виновника всех душевных и телесных болезней - диавола: о скорченной женщине Он говорит, что ее "связал сатана" (Лк. 13:16). Исцеления совершали также апостолы и многие святые.

  Для помощи больным уже в апостольское время существовало таинство, получившее впоследствии название Елеосвящения. О нем говорит апостол Иаков в своем Послании: "Болен ли кто из вас, пусть призовет пресвитеров Церкви, и пусть помолятся над ним, помазав его елеем во имя Господне. И молитва веры исцелит болящего, и восставит его Господь, и если он соделал грехи, простятся ему" (Иак. 5:14-15). Явно, что речь идет не об обычном помазании елеем (маслом), которое практиковалось у евреев, видевших в елее целебное средство, а об особом церковном таинстве, так как целительное свойство здесь приписывается не елею, а "молитве веры", совершаемой пресвитерами.

  В основном таинство Елеосвящения в Восточной Церкви сохранило те главные черты, которые указаны апостолом Иаковом: его совершают семь пресвитеров (на практике часто меньше - два или три), читаются семь апостольских и евангельских зачал, совершается семь раз помазание больного елеем и прочитывается разрешительная молитва. Церковь верует, что в таинстве Елеосвящения больному, согласно словам апостола Иакова, прощаются грехи. Это, однако, отнюдь не означает, что Елеосвящение может заменить исповедь, обычно это таинство совершается после исповеди и причащения.

  Безосновательно также мнение, будто при совершении Елеосвящения прощаются забытые грехи, то есть не названные на исповеди. Исповедь, как мы говорили выше, означает всецелое и полное прощение и оправдание человека, если она принесена искренне, с сокрушением и желанием исправиться. Взгляд на Елеосвящение как на своего рода восполнение исповеди противоречит смыслу и идее обоих таинств. В результате такого искаженного понимания к Елеосвящению иногда прибегают совершенно здоровые люди, надеясь получить прощение забытых (а то и утаенных на исповеди) грехов. Молитвы о лежащем "на одре болезни" в этом случае теряют всякий смысл.

  Еще более искажает смысл таинства исцеления, каковым можно назвать Елеосвящение, такой взгляд, при котором оно воспринимается как предсмертное напутствие или "последнее помазание". Подобный взгляд был распространен в Римско-Католической Церкви до II Ватиканского Собора и оттуда проник в некоторые Восточные Церкви. Причиной возникновения этого взгляда, как думает протопресвитер Александр Шмеман, является то обстоятельство, что Елеосвящение не гарантирует исцеления. "Но мы знаем, - пишет он, - что всякое таинство есть всегда переход и преложение... Христа просили об исцелении, а Он прощал грехи. У Него искали "помощи" нашей земной жизни, а Он преображал ее, прелагал в общение с Богом. Да, Он исцелял болезни и воскрешал мертвых, но исцеленные и воскрешенные им оставались подверженными неумолимому закону умирания и смерти... Подлинное исцеление человека состоит не в восстановлении - на время! - его физического здоровья, а в изменении, поистине преложении его восприятия болезни, страданий и самой смерти... Цель таинства в изменении самого понимания, самого приятия страданий и болезни, в приятии их как дара страданий Христовых, претворенных Им в победу".[3]

  В этом смысле можно сказать, что Елеосвящение приобщает больного к страданиям Христа, делает саму болезнь спасительным и целительным средством от духовной смерти. Многие святые с благодарностью принимали посланные им болезни как возможность избавления от мучений в будущем веке. Как учит Церковь, Бог всегда стремится обратить зло в добро: болезнь, сама по себе являющаяся злом, может принести добро человеку, который благодаря ей приобщается страданиям Христовым и воскресает для новой жизни. Известны случаи, когда болезнь заставляла человека изменить свою греховную жизнь и встать на путь покаяния, ведущий к Богу.


Примечания:

1.Григорий Богослов. Творения в 2-х томах. Т. 2. С. 34.^

2. Symeon tou Neou Theologou eurethenta asketika. Sel. 53-54.^

3. Протопресвитер А. Шмеман. За жизнь мира. Нью Йорк, 1983. С. 93.^

  содержание